Легкая автоматизация тяжелой металлургии

Слово редактора

Владимир Никифоров – главный редактор Control Engineering Россия

Владимир Никифоров – главный редактор Control Engineering Россия

Можно ли абсолютно точно, без потери смысловых нюансов перевести какой-либо текст — литературный или технический — с одного языка на другой? Ведь есть тонкости языка, которые понимает только его носитель. Классический пример — со словами-синонимами «теперь»  и «сейчас». Как объяснить иностранцу, что на вопрос «Ты почему так долго?» нужно отвечать «сейчас закончу», но никак не «теперь закончу»?

Читать далее...

Есть и более сложные примеры, когда для понимания смысловых тонкостей нужно не только с детства говорить на каком-либо языке, но также знать и понимать его культурный код, уходящий корнями в историю и культуру народа — носителя языка. Вот два почти одинаковых вопроса: «Как закалить сталь?» и «Как закалялась сталь?». Человек, выросший в культурной и исторической среде русского языка XX в., скажет, что первый вопрос, скорее всего, является техническим и ответ на него надо искать в справочнике по термической обработке металлов. А второй вопрос метафорический и отсылает нас к роману Николая Островского, рассказывающему о становлении в послереволюционные годы нового, «стального» поколения молодых людей. И такое четкое понимание различия этих почти одинаковых вопросов легко объяснимо: роман Островского был самым издаваемым произведением советской литературы и в период с 1934 по 1991 г. выдержал несколько сотен изданий общим тиражом более 30 миллионов экземпляров.

Вообще сравнение человека или его характера со сталью, железом или в целом с металлом обычно является похвалой. И хотя в стихотворных строках (не Маяковского!) о людях и гвоздях, которые можно делать из этих людей, нет ни слова о металле или железе, все понимают что именно «железных» людей имел в виду автор.

А вот сравнение человека с деревом или признание его «деревянным» чаще является безусловным оскорблением. И это удивительно потому что дерево, образно говоря ничего плохого человеку не сделало а наоборот, всегда было источником пользы и красоты. Наверное, просто на уровне коллективного подсознательного заложено положительное воспоминание о многовековом технологическом прогрессе, связанном с добычей и производством металлов. Безусловно, человек сначала научился использовать и обрабатывать дерево. Но тем дороже ему те успехи, которые он достиг в очень сложной области производства металлов, т. е. металлургии. Он так ими гордится, что целые историче ские эпохи назвал именами металлов технологии обработки которых были освоены в эти периоды: медный век (IV–III тыс. до н. э.), бронзовый век (III–I тыс. до н. э.), железный век (1200–340 гг. до н. э.).

На протяжении многих веков человечеству были известны только семь природных металлов: золото, серебро, ртуть, медь, железо, свинец и олово. Средневековых алхимиков так поразило совпадение числа металлов с числом планет (точнее — известных тогда планет плюс Солнца), что они увидели в этом таинственную связь металлов с планетами. Желтое и дорогое золото было соотнесено с Солнцем, серебро, по понятной аналогии, — с Луной, медь, как третий по ценности металл, — с Венерой, железо, как основной «военный» металл, — с Марсом, тусклый свинец — с Сатурном, а олово, по непонятным соображениям, — с Юпитером. Наконец, самый необычный, жидкий и подвижный металл — ртуть — был сопоставлен с «проворным» римским богом и самой быстрой маленькой планетой, т. е. с Меркурием. И до сих пор в английском языке планета Меркурий и ртуть называются одним словом — mercury.

Потом об этой традиции надолго забыли, и вновь открытые металлы стали называть бессистемно. Никель получил свое имя от злого горного духа из немецкой мифологии, висмут — от немецкого Weisse Masse, т. е. «белой массы», литий — от греческого слова «камень» (λίθος), кобальт — от имени еще одного немецкого горного духа. Но после того, как в конце XVIII в. астроном Уильям Гершель открыл очередную планету солнечной системы — Уран, ученые вернулись к традиции связывать металлы с планетами и в Периодической таблице химических элементов появились уран, нептуний и плутоний. Логика этих названий понятна: последние в Периодической таблице металлы были названы именами самых дальних планет Солнечной системы.

Сегодня из 118 открытых химических элементов 94 элемента (т. е. 80%) относятся к металлам. Без использования металлов и их сплавов невозможно представить современную человеческую цивилизацию. Поэтому от эффективности решения вопросов автоматизации металлургического производства, которым посвящены специальные статьи это-го номера, напрямую зависит развитие экономики в целом.

А нужно ли человеку самому себя закалять до «железного» состояния? Наверное, нет — остаточно уже открытых 94 металлов и их сплавов. Да и планеты в Солнечной системе уже кончились.

ФЕВРАЛЬ 2018

№ 1 (73)

Скачать в PDF

Автоматизация в металлургии

Сенсоры и датчики

Аппаратные средства

Машинное зрение

Беспроводные технологии

«Интернет вещей»

Перспектива

Инновации

Ретроспектива

Рубрикатор